О непростой истории отношений России и Сербии, войнах XX века, бомбардировках 1999 года, западном давлении и месте Сербии в современных мировых противостояниях высказался сербский политолог и дипломат Владимир Кршлянин. Интервью с ним выпустило издание Pravda.Ru.

Фото: sputnikportal.rs

Скептицизм и единство

– Наша встреча проходит в Белграде, столице Сербии. Вы затронули интересную тему в нашем обсуждении – о том, что в России часто проявляется определенный скептицизм в отношении Балканского региона. Этот регион мы называем «пороховой бочкой Европы». Это легко понять, так как здесь всегда бушевали страсти и вспыхивали конфликты.

Но вы говорите о другом. Вы утверждаете, что у русских существует настороженное отношение к балканским народам. Мол, не стоит им особенно доверять, поскольку непонятно, в какую сторону они могут повернуться. Как вы считаете, имеют ли наши подозрения под собой основания?

– На данный момент можно выделить три уровня восприятия. Простые люди, как у нас, так и у вас, испытывают глубокое взаимное уважение и симпатию. Однако чиновники настроены скептически, поскольку они хорошо знают историю и имеют обоснованные аргументы, к сожалению.

Сербия, хоть и не так часто, как другие страны, меняла свою внешнюю политику. Например, в XIX веке после поражения в Крымской войне России было запрещено выступать в роли защитника православных народов Османской империи. До войны западные державы признали это право за Россией, но после конфликта заявили: «Нет, вы не можете так поступать».

В то время во главе Сербии находился князь Михаил Обренович. Россия активно использовала Сербию как инструмент влияния на Балканах. Именно тогда зародилась идея создания Балканского союза, и князь Михаил прилагал значительные усилия для ее реализации. К сожалению, его жизнь оборвалась трагически – он стал жертвой покушения.

После его гибели новым князем стал дальний родственник из семьи Обреновичей. Это привело к кардинальному изменению сербской внешней политики, которая теперь была ориентирована на Австро-Венгрию.

– То есть против России?

– Не откровенно против России, но в тот период мы не были союзниками

XX век. Союз возникает лишь в периоды войн

– Двадцатый век был непростым временем. Наши страны активно взаимодействовали в основном в периоды войн. Перед началом Первой мировой войны отношения между правителями и Россией были дружескими, но длились всего тринадцать лет. Затем последовала война, которая завершилась столь трагически, что Россия перестала существовать как государство.

Советскому Союзу потребовалось немало времени, чтобы утвердиться на мировой арене. Несколько лет, в том числе после окончания Первой мировой, прошли без участия России. Это, вероятно, одна из главных причин, почему сегодня, как утверждают некоторые, у нас нет «Великой Сербии», а существует Югославия.

Во время подготовки к Версальской конференции, на которой Россия не присутствовала, маленькая Сербия искала поддержку. Она обратилась к Соединенным Штатам. Западные державы, руководствуясь различными мотивами, решили создать Югославию. Возглавила новое государство сербская династия Карагеоргиевичей, имеющая тесные родственные связи с Романовыми.

Интересно, что Югославия стала последним европейским государством, признавшим Советский Союз – это произошло только в 1940 году, когда Вторая мировая война уже началась. Тогда они осознали, что Россия имеет огромное значение для них, и без ее поддержки невозможно обойтись.

Эпоха Тито. Краткий период союзничества

При Тито и партизанах ситуация улучшилась, хотя власть была не такой чистой, как у большевиков. Однако период дружбы оказался недолгим, так как Тито начал укреплять связи с западными странами. Сталин и его окружение неоднократно критиковали его за это. Но их попытки не увенчались успехом. В 1948 году была принята резолюция Информбюро. В документе «О положении в коммунистической партии Югославии» югославских руководителей обвинили в уклонении от марксистско-ленинских принципов. А в 1950-х годах на адриатическом острове Голый Оток был создан концлагерь для русофилов.

Понимаете, как все складывалось?

Одинокое сопротивление в 90-х годах

В девяностые годы, при президенте Слободане Милошевиче и в очень трудных международных обстоятельствах Россия опять исчезла – Советский Союз распался. В начале девяностых ельцинская администрация проголосовала за санкции Совета Безопасности ООН против Сербии – тогда она называлась Союзной Республикой Югославией. И даже проголосовали за учреждение Гаагского трибунала, хотя это вообще не соответствует Уставу ООН. Совет Безопасности не имеет судебной власти и не может передавать ее какому-то своему вспомогательному органу.

Все это были примеры однополярного мира, когда Запад во главе с США мог заставить кого угодно делать что угодно. Никто не был в состоянии серьезно сопротивляться.

При власти Милошевича у нас вернулось национальное сознание, восстановилось влияние и место православной церкви в обществе. К концу девяностых уже при Ельцине Россия начала нам помогать. Этого было еще недостаточно, но мы это чувствовали.

Это привело к историческому прецеденту. Во время натовской агрессии в 1999 году парламент Югославии принял постановление о вступлении страны в союз России и Белоруссии. Формально нам не отказали, но письменный отказ от Ельцина Милошевич получил – я узнал об этом позднее, так как это нигде никогда не публиковалось.

А после переворота и свержения Милошевича новые власти бросили это в мусор и никогда больше не упоминали.

Но уже в то время появился нынешний президент России Владимир Путин – во главе ФСБ, во главе Совета безопасности России. Потом в 99-м стал премьером, а дальше – главой государства.

Путин все понимает!

Наступает третий уровень отношений. Народы испытывают взаимную симпатию, тогда как чиновники настроены скептически. Путин, к счастью, в полной мере осознает значимость Сербии. Он неоднократно говорил об этом, в том числе в недавних выступлениях, о том, как Запад обошелся с сербами и Сербией.

На самом деле, наше сопротивление в девяностых позволило России понять, как действует Запад и почему ему нельзя доверять. Мы способствовали возрождению и России, и Китая благодаря нашему сопротивлению.

Однако, к сожалению, после 2000 года об этом сопротивлении, которое вновь вывело нас на ведущие позиции в мире, почти никто не решается говорить. Новые власти в первые двенадцать лет фактически запретили это обсуждение. А после 2012 года, когда к власти вернулись партии, похожие на те, что были при Милошевиче, хотя и в несколько измененном формате, они иногда вспоминают о сопротивлении и даже об обороне от агрессии НАТО. Это обсуждается каждое 24 марта, в очередную годовщину натовской агрессии, а затем, к сожалению, на протяжении оставшегося года мы молчим.

Оставить позади груз 1999-го

– Это объясняется политическим реализмом. Мы не хотим снова вступать в конфликт с Западом и не делаем ничего, чтобы его разозлить. Большинство людей считают такое положение вещей более или менее приемлемым.

Несмотря на то, что мировой порядок трансформируется, а Запад переживает кризис, Сербия продолжает придерживаться бесцельного курса на интеграцию в Евросоюз. Однако недавно ситуация начала меняться. Сложно предсказать, как эти изменения будут развиваться дальше.

– А как вы относитесь к заявлению президента Вучича, что Сербии надо «преодолеть бремя 1999 года»? То есть фактически забыть о бомбардировках Сербии в 1999 году. Забыть, преодолеть. Шокирующая фраза.

– У нас уже принято говорить, что мы навоевались в XX веке и что нам нельзя снова воевать, иначе исчезнем полностью.

С точки зрения России, мы несли бремя девяностых за всех. Когда это закончилось, мудрые и важные люди говорили мне: «Вы достаточно воевали, больше не будете». Они, вероятно, имели в виду происходящее сейчас.

То, что сербы видели, как отдаленную угрозу в девяностые, – что нападение на нас готовилось как подготовка к нападению на Россию, – русским казалось невероятным. Неужели Запад снова сойдет с ума и нападет на Россию? И вот, он напал.

Две фазы одной войны

Войны XX века не прекращаются. Мы пережили три масштабных конфликта: Первую мировую, Вторую мировую и текущий, который можно назвать европейским, хотя он имеет глобальный масштаб с участием США.

Этот конфликт состоит из двух этапов: война против Сербии в девяностые годы и война против России, которая происходит в настоящее время. Конечно, эти этапы существенно различаются. Однако, если обратить внимание на события в Украине, можно увидеть, что они повторяют то, что происходило у нас. И это не первый случай.

На примере развала бывшей Югославии на множество искусственных наций – под влиянием Запада, Австро-Венгрии, католической церкви – англосаксами была создана чудовищная схема превращения малороссов в антирусских «украинцев».

Титовское наследие. Промытые мозги

В эпоху Тито наша страна была единственной социалистической, где по телевидению каждый вечер транслировали американские фильмы и сериалы. Советским гражданам подобное казалось немыслимым.

Югославия при Тито была открыта для западного влияния. И до сих пор некоторые сербы считают: «Русские – наши друзья, но настоящий достаток – на Западе».

Сегодня ситуация кардинально изменилась. Мир стал другим. Однако из-за многолетнего воздействия пропаганды люди все еще не до конца это понимают.

Брюссельский саммит. Точка невозврата?

Я пытаюсь объяснить текущую стратегию сербского правительства, которая, на мой взгляд, требует пересмотра. Недавно в Брюсселе прошел саммит, на котором обсуждались меры по продолжению конфликта с Россией. Планировалось конфисковать российские активы и использовать кредиты для поддержки Украины.

За день до этого состоялся саммит «Евросоюз и Западные Балканы». Это была первая встреча такого уровня за последние годы, на которую президент Вучич не приехал. Сербию на этом саммите не представляли.

По моему мнению, причин для этого было две. Во-первых, оба саммита имели ярко выраженный антироссийский характер. Во-вторых, на встрече по Западным Балканам, помимо требования следовать антироссийской политике Брюсселя, Сербия должна была признать Косово, изменить свою внешнюю политику и так далее.

Участие в таких мероприятиях стало невозможным. Однако, объявляя об этом решении народу накануне саммита, Вучич заявил: «Мы продолжаем курс на вступление в Евросоюз».

Какое вступление? Я неоднократно говорил публично: мы должны временно приостановить этот процесс, пока у власти остаются политики, подобные Стармеру, Мерцу и Макрону. Этот Евросоюз проводит антисербскую политику, угрожает войной России и сопротивляется новому курсу Трампа. Этого более чем достаточно, чтобы сказать: пока Брюссель придерживается такой политики, мы не будем участвовать в процессе вступления в ЕС. Измените курс – тогда и обсудим продолжение этого движения.

Проблема отсутствия альтернативы

Есть еще одна проблема – на уровне общественного сознания и политической пропаганды. В Сербии, скажу вам, нет четкого представления об альтернативах Евросоюзу. Люди могут выступать против ЕС – по официальным данным, 65% сербов против его вступления. Но какой будет наша политика и экономика, если мы просто откажемся от ЕС?

Это система, склонная к коррупции. Она диктует нам законы и финансирует все государственные структуры – без исключения. Если вдруг прекратить это финансирование, наступит кризис. Можно искать другие источники, но это не произойдет мгновенно.

Кроме того, как организовать экономику? Мы привыкли, что европейцы и американцы принимают решения за нас. Они инвестируют в нашу страну. Но какие инвестиции? Все западные капиталовложения в Сербию были возможны благодаря российскому дешевому газу. Если его не станет – не потому, что Россия откажется нас снабжать, а потому, что, скажем, Трамп навяжет систему, при которой вся Европа будет зависеть от американских энергоресурсов и нам перекроют газ, – кто тогда будет инвестировать в Сербию и почему? Интерес Запада исчезнет.

Колониальное ярмо. Даже деньги печатать нельзя

Пример колониального отношения можно найти в событиях 2012 года, когда новая власть приняла закон о Национальном банке. Согласно этому закону, центральный банк получал право на первичную эмиссию денег, то есть мог самостоятельно решать, сколько денег выпускать в экономику.

Однако на следующий день в газете «Политика» появилось письмо из американского посольства. В нем говорилось, что только крупные финансовые институты, такие как Федеральная резервная система, Европейский центральный банк и Банк Англии, могут эмитировать деньги. Для маленьких стран это было запрещено.

В результате власти исключили эту статью из закона. Теперь наша страна не может самостоятельно инвестировать в свою экономику. Мы можем брать кредиты только у западных или иностранных банков, но собственное кредитование для нас запрещено законом.

Протесты без лидеров. Искусственное бурление

– Сербия бурлит уже больше года – беспрерывные демонстрации, которые собирают по сто тысяч человек. У вас налицо революционная ситуация. А лидеров, новых лидеров, партий не появилось. Нет новых ярких фигур.

– Видите ли, все это напряжение искусственно. В каждой стране найдется недовольных, но что происходит здесь? Обе стороны конфликта – и власть, и протестующие – действуют по одной указке. Цель этих протестов не в смене власти, а в ее дополнительном смягчении. Кризисная ситуация нужна для усиления давления.

Реальной политической альтернативы на сцене нет. Ни одна партия не может набрать пять процентов голосов. Почему? С одной стороны, Вучич – опытный лидер, он у власти уже 13 лет. Ему удалось взять все под контроль и повлиять на СМИ так, что все оппозиционные лидеры выглядят смешно. Они рассорились между собой. Создается впечатление безальтернативности этой власти.

Чтобы изменить политику, нужны новые лица. Они есть, но пока не организованы политически.

Жизнь в колонии. Логика отсутствует

В России с трудом понимают Сербию. Россия прошла через войны, но никогда не была оккупирована в новейшей истории. Россияне не знают, каково это – жить в колонии. Вы говорите о логичных политических процессах. Но в стране без суверенитета такие процессы невозможны.

Кто-то должен поддерживать вас. С момента свержения Милошевича прошло 25 лет, и все решают деньги, контролируемые Западом. Вы не сможете создать политический процесс и, тем более, взять власть без огромных средств.

А кто вам даст эти деньги? Источника нет, понимаете?

Сербские патриоты все время ожидают, что Россия будет в Сербии действовать таким же способом, как Запад, только в противоположном направлении. Что она будет своими деньгами создавать политические партии, которые будут менять эту политику.

Парадокс российской внешней политики

Проблема не в том, что Россия не располагает достаточными средствами для политических изменений в одной отдельно взятой стране. Дело в отсутствии четкой и последовательной концепции внешней политики, которая за последние несколько десятилетий неоднократно менялась. Я постоянно изучаю новые концепции, чтобы понять, какие изменения произошли и на что можно опираться в будущем.

В текущей концепции внешней политики говорится, что Россия гордится своим вкладом в победу над фашизмом и колониализмом. Это, безусловно, правильно. Однако на следующей странице той же концепции Россия заявляет о своем намерении не вмешиваться во внутренние дела других государств.

Но как же тогда бороться с неоколониализмом? Возьмем, к примеру, братскую Сербию, которая находится под сильным западным влиянием. Как изменить эту ситуацию без вмешательства?

Цивилизационный конфликт: Сербия как часть православной цивилизации

Как и в других странах, в Сербии события будут развиваться стремительно. Я убежден, что Путин это понимает. Однако хотелось бы, чтобы те, кто формирует российскую политику и экономику, также осознавали важность Сербии.

Ее значение огромно. Почему? Потому что текущая война – это прежде всего конфликт цивилизаций. Здесь сталкиваются различные культурные и духовные ценности. Мы участвуем в этой войне, отстаивая свои духовно-нравственные принципы как православные.

Мы нашли точки соприкосновения с другими цивилизациями – индусами, китайцами, исламским миром. Это замечательно. Наши духовно-нравственные ценности во многом схожи, почти одинаковы. Единственное исключение – коллективный Запад, который представляет собой олигархическую преступную диктатуру.

Как сказал Путин: для них человек – средство, а для нас – высшая цель. В этом и заключается суть.

Кто наши ближайшие союзники и партнеры? Это православные страны. А что сегодня формирует православный мир? В первую очередь Россия, как его самая значительная часть. Кроме того, важную роль играют Украина и Балканы. На Украине уже идет война, и ее исход будет иметь решающее значение. А на Балканах пока нет четкого плана действий.

Сербия – ключ к Балканам

Путь к достижению целей лежит через Сербию. Все соседние страны либо вошли в Евросоюз, либо в НАТО, многие – и туда, и туда. Сербия же осталась в стороне.

Если Россия создаст прочный союз с Сербией, и та будет процветать, наши соседи с завистью посмотрят на нас и скажут: «Почему вы нас оставили в этом беднеющем Евросоюзе, который страдает и экономически, и во всех других отношениях?».

Это необходимо сделать. Нам нужен четкий план. География – это не приговор, а всего лишь предлог, который часто повторяют сербы и русские. У России нет общей границы с Калининградской областью, но Путин ясно дал понять: «Если вы случайно тронете Калининград, увидите то, что никогда не видели прежде». «Орешники» уже в Белоруссии. Никто не сомневается в военной мощи России.

С начала СВО на Украине сербы постоянно думают о том, когда Россия окажется в Одессе. Почему? В XIX веке, когда мы боролись за освобождение от турок, Одесса стала важным дипломатическим и разведывательным центром, откуда координировались действия на Балканах. Если Россия будет в Одессе, никто не сможет сказать, что она далеко. От Белграда до Одессы можно добраться по Дунаю, и даже нефть можно перевозить на больших речных баржах, а также любые другие стратегические товары.


Но время работает против Запада. Его влияние ослабевает. Если Россия сможет утвердиться в Одессе и превратить Сербию в процветающий центр притяжения, соседи сами устремятся к нам. Вопрос лишь в том, хватит ли у России воли и ресурсов действовать, пока не стало слишком поздно.