Екатерина Дронова. Журналист, эксперт в деловой этике и международной политике

Эта история описана в книге Елены Селестин «Русские друзья Шанель», основанный на записях друга Коко Шанель Поля Морана, который при ее жизни так и не получил разрешения на их издание.

Мы уже говорили про вынужденную миграцию из России после событий 1917 года и про роман Коко Шанель с князем, кузеном Николая II, Дмитрием Павловичем Романовым. Именно его парфюмер создал духи Шанель №5. Ниже история, описанная самой Шанель.

«Когда я познакомилась с князем Дмитрием Романовым, он был бледный, такой изысканный, словно и не человек вовсе… грустный, и вокруг него, вернее от него, был чудесный аромат! Настоящие духи принца.»

Князь Дмитрий и его сестра были настоящими. Даже если бы он был в рубище, все бы поняли, что это принц крови. Каким-то образом, уже не помню как, мы раздобыли адрес его парфюмера, Эрнеста Бо, он тоже приехал из России.

Парфюмер встретил нас недоверчиво — какие-то дамочки явились в лабораторию полюбопытствовать… У него были заготовки ароматов, насколько я понимаю, сочиненные еще в России.

Знаешь, как дорого он себя ценил, о! Эрнест Бо француз, но вырос в Москве и привык жить как настоящий русский аристократ. Мы попробовали духи, которые он выставил в колбочках, несколько вариантов. Просто понюхали и уехали.

Были номерные флаконы, была и «пятерка»… Мися сказала, что этот запах можно сравнить с музыкой Стравинского: в нем есть и классика, и новые сочетания, непривычные. Не знаю, как это объяснить, но правда очень похоже. А все они тогда, в двадцатом году, — Дягилев, Мися, Эрик Сати, — уверяли, что у Игоря Стравинского лучшая современная музыка мира, то есть она точнее всего выразила время, в которое мы жили. Наверное, они были правы, они все-таки понимали… И представь, как раз в то лето Стравинский был в меня влюблен.»

«И почему, как ты думаешь, флакон я выбрала такой простой?» — самодовольно продолжала Коко. — «Это уже потом пустоголовые журналисты придумали про «штоф русской водки» или, того глупее, про карманную бутылку виски в память о Бое... На самом деле мне надо было быстро найти сто пятьдесят или двести одинаковых флаконов — я купила те, что были на заводе. Получилось правильно, хоть и нечаянно».

И потом каждая француженка мечтала иметь у себя на будуарном столике флакон духов, созданных парфюмером, выросшим в России…